The Capri Times
Орнелла Лабриола










Одиночество непреклонной памяти

  •  Михаил Талалай
Февраль 2026
В конце ушедшего 2025-го года в уютном зале Культурной ассоциации «Максим Горький» состоялась презентация новой книги проф. Марии Антоанетты Сельваджо “La solitudine di una memoria irriducibile” («Одиночество непреклонной памяти»). Книга вышла в издательстве D’Amico Editore, располагающемся в городке Ночера-Супериоре. Ее название сразу настраивает на размышления о стойкости памяти, ее внутренней силе и способности помнить события.






Анастасия Кучумова, Луиджи Марино, Мария Антониетта Сельваджо, Неаполь, Культурная Ассоциация «Максим Горький», декабрь 2025 г.
Вечер открыл президент ассоциации, Луиджи Марино, который кратко рассказал о значении этой публикации для изучения истории эмиграции, судеб интеллектуалов и семейных линий XX века. В центре повествования – Орнелла Лабриола, дочь двух выдающихся личностей: Надежды Скворцовой, советского филолога, автора легендарного итальянско-русского словаря, и неаполитанца Артуро Лабриола, активного политического деятеля.






Надежда Скворцова, Неаполь, ок. 1910 г.
Надежда Александровна Скворцова (1882-1964) прожила значительную часть жизни в Неаполе, выйдя замужв 1907 г. за Артуро, а затем в 1925 г., после распада брака, вернулась в Москву. Ее итальянско-русский словарь стал фундаментальным мостом между культурами, а сама она – символом упорства и профессиональной преданности. В новой книге подробно описаны ее исследования, методика работы, а также личная жизнь и отношения с дочерью.
Когда дочь Орнелла вернулась в Неаполь, в 1954 г., к ней переехала и Надежда Александровна. Именно в Неаполе, Надина, как ее тут звали, и закончила свой жизненный путь, в доме своей дочери.






Орнелла, Неаполь, 1910 г.
В ходе вечера проф. Сельваджо подробно рассказала о жизни Орнеллы в Неаполе, о ее родственных связях, о муже, профессиональном революционере Джузеппе Римола и его роли в судьбе Орнеллы. Цитируя письма Орнеллы и ее отца Артуро, автор показала, как переплетались личные и исторические события и как они формировали характер, мировоззрение и жизненную стойкость Орнеллы.
Во время презентации выступали гости, каждый из которых подчеркнул уникальность работы Марии Антоанетты. Председательствующий Луиджи Марино обратил внимание на тщательную работу с архивными материалами, полицейскими досье и письмами, которые легли в основу книги. Он же подчеркнул вклад Надежды Скворцовой в лингвистику и переводы, а также уникальность ее словаря, в 55 тыс. слов (!), ставшего ценным инструментом для всех, кто изучает русский язык в Италии и итальянский в России.






Артуро Лабриола, Неаполь, 1925 г.
Проф. Франческо Соверина, один из участников публикации, рассказал о влиянии семьи Лабриола на политическую жизнь того времени. Особое внимание было уделено письмам Орнеллы к отцу и его ответам. Многочисленные цитаты из этих писем показали трогательную и интеллектуально насыщенную переписку: «Ornelluccia cara, figlietta bella…», – писал отец, выражая не только бесконечное тепло и нежность, но и восхищение умом дочери. Он заботился о ее здоровье, о том, чтобы она могла спокойно жить, работать и отдыхать, поддерживал её на пути к самостоятельности и личной реализации.
Мария Антоанетта Сельваджа подробно показала, как через эту переписку Орнелла становилась «интеллектуальной наследницей» отца, узнавая о его работе, о борьбе за мир, о его взглядах на политику и о идеалах общественной справедливости.
Анастасия Кучумова






Орнелла в первые годы в Москве
***
Когда Орнеллу Лабриолу, родившуюся в Неаполе (в 1908 году) и скончавшуюся там же (в 1991 году), но проведшую полжизни в России, спрашивали, где ее родина, она шутливо отвечала: «В гостинице “Люкс”». В этой московской гостинице, которая теперь называется «Центральная», она поселилась девочкой, вместе с матерью Надеждой Скворцовой, потом жила вместе с мужем, потом жила вдовой (не зная о том, что муж казнен).
Орнелла приехала в Москву, когда ей было 16 лет, в 1925 году. На склоне лет, уже в Италии, куда вернулась в 1954 году, она заявляла: «Я всем должна России, Советскому Союзу – всё мое интеллектуальное и человеческое становление прошло там». 
В гостинице «Люкс» поселился и профессиональный революционер Джузеппе Римола (партийный псевдоним Микка), ставший ее мужем. Как участник антифашистского подполья он сидел при Муссолини в тюрьме на острове Прочида, потом бежал во Францию, откуда в 1933 году уехал в Москву, на работу в КИМе (Коммунистическом интернационале молодежи). 
Микка и Орнелла полюбили друг друга и поженились. Помимо работы в КИМе Микка занимался переводами на итальянский: перед арестом он переводил статью Ленина «Детская болезнь левизны в коммунизме». 
Ранним утром праздничного 8-го марта 1938 г. за ним пришли сотрудники НКВД. Уходя, он сказал жене: «Не беспокойся, я вернусь вечером». После ареста ей дали 24 часа на сборы, но из «Люкса» не выселили, а дали комнатушку на первом этаже, где жили «одиночки». Вскоре к Орнелле пришло извещение, что ее муж осужден на 10 лет без права переписки. Правду о скоропалительной казни Джузеппе Римола как итальянского шпиона обнародовали только в 1993 г., когда его вдовы уже не было в живых… 
Талантливая и трудолюбивая Орнелла Лабриола пыталась сделать академическую карьеру в Москве, но как жене «врага народа», она этого не смогла сделать. В Неаполе она, отказавшись идти на работу в Университет Ориентале, так как считала его «логовом реакционеров», скромно преподавала русский язык в стенах Культурной ассоциации «Максим Горький». 
Она не предполагала, что спустя 70 лет тут будут презентовать книгу о ней. 

Михаил Талалай






Орнелла Лабриола принимает экзамен по итальянскому языку, Москва, ок. 1939 г.